Новости / В Петербурге
Даты уходящего 2025 года
26-11-2025, 18:37
0
Уходящий год знаменателен двумя памятными событиями: исполнилось 65 лет Римской Олимпиаде и 95 лет со дня рождения Ю.С. Тюкалова.
XVII ОИ в Риме знаменательны тем, что среди 26 членов сборной страны по академической гребле 22 спортсмена представляли ленинградский гребной клуб «Знамя» и в командном зачете страна заняла первое место.
95-летний юбилей двукратного олимпийского чемпиона Ю.С. Тюкалова, ознаменовался двумя событиями, привлекшими к нему всеобщее внимание: художественным фильмом «Первый на Олимпе» и книгой «Время лидеров». По этому поводу прошло множество интервью с людьми, в той или иной степени лично знакомыми с Ю. Тюкаловым.
В этой связи интерес представляет высказанное ниже мнение об этих событиях участника римской олимпиады, близкого друга и напарника Ю. Тюкалова, В. Богачева, успешно выступавшего с Ю. Тюкаловым в двойке парной в сезоне 1964-65 г. г.
Кузьмин А.А., Президент СПбГО
Рим, август 1960 г., олимпийская деревня.
К вечеру в это время года темнеет довольно рано и многие участники соревнований, независимо от национальности и вида спорта, который они представляют, собираются в кинотеатре по открытым небом. Вначале обычно демонстрируется документальный фильм из истории спорта, но через 5-10 минут начинается скандирование зрителей: «Tom and Jerry + Mickej Mouse» и к всеобщему удовольствию в течение часа гоняют еще не дошедшие до России знаменитые диснеевские мультики.
В числе этих зрителей два представителя из сборной СССР на олимпийских играх по академической гребле – 30- летний Ю, Тюкалов, двукратный чемпион ОИ в и я, В. Богачев, 22 лет от роду, впервые участвующий в ОИ в составе восьмерки. Не помню, что свело нас в пару на этих просмотрах, но точно, что эти походы явились началом многолетней крепкой дружбы, а в дальнейшем мы стали напарниками в одной лодке.
Как участники ОИ мы имели возможность стать непосредственными свидетелями выдающихся результатов в самых популярных видах спорта. Так, пообщавшись как-то с олимпийским чемпионом предыдущей олимпиады по боксу Г. Шатковым, мы узнали, что он в первом же бою неожиданно проиграл неизвестному боксеру из США Кассиусу Клею и отправились на его финальный поединок с поляком, где были свидетелем триумфальной победы будущей мировой суперзвезды Мохамеда Али. Запомнилась нам также велогонка на 100 км. В. Капитонова, который ошибся на один круг и вынужден был отработать еще один, уже золотой. В тот же день, как обычно, Председатель Комитета Н.Н. Романов вдобавок к олимпийской медали вручил ему на собрании значок заслуженного мастера спорта.
После римской олимпиады Ю. Тюкалов продолжал выступать в двойке с А. Беркутовым, а я, уйдя из восьмерки, решил тренироваться в одиночке под руководством тренера. В. Кирсанова, давнего напарника Ю. Тюкалова в. в различных экипажах в период до 1952 года. В 1962 году мне удалось выиграть Кубок СССР в заезде одиночек в г. Пярну, где выступали все сильнейшие одиночники, кроме В. Иванова. Тогда же, думаю, я и попал в поле зрения Ю. Тюкалова, который уже заканчивал выступать с А. Беркутовым. Нужно сказать, что моя репутация специалиста в парной гребле выросла, когда на матчевой встрече Москва- Ленинград я гонялся в заезде одиночек в компании с В. Ивановым, А. Беркутовым и Тюкаловым.
В 1963 году мы впервые оказались в одной лодке с Ю. Тюкаловым в соревнованиях на Кубок СССР в составе восьмерки, где на седьмом и восьмом номерах сидели олимпийские чемпионы в Риме В. Борейко и О. Голованов; на первом номере – Ю. Тюкалов, на втором – В. Богачев; в середине – команда четверки с загребным И. Хохловым. Регламент предусматривал в первый день гонку в мелких лодках (две одиночки, двойка без рулевого и четверка), а во второй – в восьмерках. Одержав безусловную победу в первый день, мы убедительно победили в общем зачете.
Все наши дружеские и профессиональные контакты привели к тому, что осенью 1964 года Юрий предложил мне выступить в следующем сезоне с ним в двойке. Осень и зима прошли в значительной по физической нагрузке работе, включая зимние тренировки по лыжам, которые являются обязательными для гребцов, поскольку в них задействованы те же группы мышц, что и в гребле.
Помню первую весеннюю тренировку на воде, когда он объяснял мне планы на год и свое видение содержания нашей работы.
Известно, что в двойке первый номер отвечает за руление. Так вот, говорил он, забудь об этом, твоя основная задача – попадать за мной в захват. О технике Юрия Сергеевича стоит сказать особо. Не имея выдающихся физических данных, он обладал совершенно непостижимым по скорости «захватом», который считал основой поставленного гребка. К моему огорчению, будучи на восемь лет моложе напарника, я, думаю, не всегда смог качественно выполнить это его пожелание.
Мы за этот год выиграли последовательно все соревнования на пути к первенству СССР: чемпионат Ленинграда, ЦС «Труд», Первенство ВЦСПС, и только на чемпионате Союза проиграли двойке О.Тюрин - Б. Дубровский, олимпийским чемпионам 1964 года в Токио. Это стало возможным во многом потому, что гребли мы на тяжелой рижской лодке, которую нам выделили в клубе. Интересно, что непосредственно перед финальной гонкой Юра попросил у Олега Тюрина швейцарскую лодку (их у него было две), и тот обещал дать ее на финал, но после того, как в разных заездах в полуфинале мы показали время секунд на пять лучше их дуэта, Олег нашел предлог нам отказать.
Если характеризовать Ю. Тюкалова в общих чертах, то он представлял собой пример спокойного, очень деликатного и дружелюбного в общении человека. Несмотря на то, что реально я не смог сравниться с ним по технике гребли, за весь сезон я не услышал от него ни одного упрека. Я бы отметил в качестве одной из основных его черт природное чувство юмора и постоянное желание «похохмить. В 1961 перед первенством Европы на сборе в латвийском городке Елгава мы увлекались на отдыхе игрой в биллиард. И инициатор процедуры награждения, Юрий Тюкалов, победу в партии любил обставлять очень торжественно. Официант приносил ему на стол взбитые сливки и громко сообщал, что проигравший Вам такой-то имеет честь передать этот приз!
А на матчевой встрече команд двух столиц Москвы и Ленинграда, в которой приняли участие три олимпийских чемпиона Вячеслав Иванов, Александр Беркутов, Юрий Тюкалов и я в их компании, Юра сыграл со мной шутку. Матч проходил в Кавголово, я в то лето был в хорошей форме, и даже однажды выиграл в одном из предварительных заездов у Ю.Тюкалова. Видимо, решив избавиться от лишнего претендента на победу, Юра подошел ко мне перед гонкой с предложением не развивать максимальную скорость со старта, так как им А.Беркутовым нужно будет позже гоняться в двойке. Давай, сказал он, ты за Славой вторым финишируешь, а мы за вами», — сказал он. Ну как было не согласиться, ведь олимпийский чемпион просит. Короче, я «купился». Позже, после выхода книги В. Иванова, я узнал, что этот прием он применил с В.Ивановым на старте первенства СССР в 1964 г., но тогда тот успел вырвать победу т.к. на финише смог развить сумасшедшую скорость, ну а я пролетел. Со старта все так рванули, что мне пришлось всю дорогу догонять, чего, в конечном счете, не удалось сделать.
Юрий Сергеевич любил петь и обладал неплохим голосом. Как сейчас помню: Юкки, 1964 год, зимний сбор, поздний лунный вечер, и Юрий Сергеевич в полный голос на морозе, поет арию. И вполне прилично, кстати.
Он бегал на лыжах на уровне мастера спорта, прекрасно играл в футбол, теннис, баскетбол. Помню, на спор забросил мяч в баскетбольное кольцо с середины площадки. Вообще любил что- то делать на спор. Многие помнят его забег на спор на 5 или 10 километров с Игорем Ахремчиком, когда он довел соперника до изнеможения. Чего очень не любил, так это штангу, которую попросту игнорировал.
Кроме всего прочего, Юрий Сергеевич был первоклассным игроком в преферанс и любил в игре применять весь богатый арсенал традиционных карточных ритуалов и шуток. Мне пришлось быть участником многих совместных с ним игр на многочисленных спортивных сборах, и это было истинным наслаждением во всех отношениях. А если еще в компаньонах был Анатолий Федоров (тоже классный игрок), это было двойное удовольствие. Нужно еще учесть то, что мы играли в «хулиганский» преферанс, то есть с «темными» и тройными «бомбами». Специалисты знают, что при этом риск и соответственно азарт, многократно возрастают.
Сезон 1965 года был для меня, как и для Юры, завершающим. Правда, в 1967 году без подготовки мы сели с Володей Богдановым в двойку, чтобы участвовать в Спартакиаде народов СССР, и даже попали в призеры. Затем я целиком погрузился в научно-педагогическую деятельность, защитил сначала кандидатскую, затем докторскую диссертации; занимал должности декана и заведующего кафедрой в ведущих университетах города.
И все это время мы с Юрой поддерживали дружеские отношения. Я часто бывал у него в мастерской. Мы встречались на традиционных соревнованиях: осеннем марафоне, первенстве города, позже – на регате его имени. Нередко выезжали к нему в мастерскую тесной компанией, с Елизаветой Кондрашиной, Галиной Ермолаевой (его любимые воспитанницы), с Олегом и Сергеем Головановыми, Борисом Тарасовым. Пили чай, обсуждали положение в гребном клубе «Знамя», к которому у него сохранилась любовь на всю жизнь.
Столько, сколько он сделал для клуба, не сделали ни профсоюзы, ни Горкомспорт. По его инициативе и при его непосредственном участии клуб был переведен из федеральной в городскую собственность. В свое время он договаривался со спонсорами, руководителями ведущих предприятий города, о покупке современных гребных лодок; организовал посещение клуба губернатором Санкт-Петербурга, которого убеждал возродить легендарный клуб как самостоятельное юридическое лицо.
В 2014 году Юрий Тюкалов стал инициатором создания и почетным президентом РОО «Санкт-Петербургское гребное общество», зарегистрированного как правопреемник основанного в 1889 году энтузиастами гребного спорта Санкт-Петербурга общества с таким же названием. Членский билет общества за № 1 был вручен Ю.С. Тюкалову.
Трудно свыкнуться с мыслью о том, что мы больше не сможем встретиться с ним в узком кругу у него в мастерской, где в свое время сидели на его знаменитом диване выдающиеся люди нашей страны, такие, как его близкий друг актер Василий Меркурьев, режиссер Станислав Ростоцкий, художник Михаил Аникушин, губернатор Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко, биатлонист Александр Тихонов и многие другие.
Мы почти каждый день общались по телефону, причем обычно звонил он, и, если мы не созванивались несколько дней, спрашивал: «Ну как ты там жил без меня эти дни?» Я постоянно привозил ему кофе из поездок в Финляндию, и он обязательно говорил: «А я вот вспоминаю тебя каждый день, когда наливаю твой кофе из твоего кофейника».
Я рад, что в свое время постепенно приобретал работы Юрия и в результате сейчас, думаю, являюсь самым крупным обладателем его работ – их у меня около пятнадцати, включая его самую известную – бюст Петра Первого.
Кстати, такой же бюст до последнего времени стоял на саркофаге Петра в Петропавловском соборе. Его приобрели в свое время актер Арнольд Шварценеггер, биатлонист Александр Тихонов, академик Владимир Александров. Он выставлен во многих представительствах и крупных предприятиях.
Поэтому память о времени, проведенном вместе с Юрием Тюкаловым, останется со мной навсегда и его работы будут каждый день напоминать об этом великом человеке. Дружба с Юрием Сергеевичем Тюкаловым оставила самое яркое впечатление в моей жизни; я многому научился у него; он был для меня авторитетом, примером честного и фанатичного отношения к работе и к жизненным вызовам. Думаю, такие же дружественные чувства испытывал по отношению ко мне и Ю. Тюкалов, свидетельством чему была памятная надпись на одной его подаренной мне книге
Последний раз я посетил его за две недели до его ухода в клинике на Песочной, чтобы пообщаться и узнать у врача истинное положение дел. Меня удивил внешний вид друга, который совсем не походил на тяжело больного пациента, а мало отличался от его обычного вида и лишь излишне нервное состояние свидетельствовало о том, что его тяготит длительное прибывание в больнице. Он искренне полагал, что его держат здесь зря, просил любым способом посодействовать его выписке, так как он чувствует себя хорошо, устал от безделья и хочет срочно вернуться домой и в свою любимую мастерскую. Ясно, что о был не в курсе своего диагноза и, главное, не чувствовал сильных болей. Но перед посещением лечащий врач, с которым мы побеседовали, сказал, что состояние больного безнадежно и что метастазы поразили практически все органы, что делает невозможным любые оперативные вмешательства. Но в этом своем стремлении работать был весь Тюкалов, с его громадной жаждой жизни, терпением к боли и верой в счастливое будущее. Все это — результат нечеловеческих усилий, борьбы с трудностями и с самим собой; с внезапными инфарктом и инсультом, преодолением его последствий и работа, работа, работа… Его утрата невосполнима, он был безусловным лидером нашего гребного сообщества, патриотом гребного клуба «Знамя», отстаивающим его интересы на всех уровнях власти
Теперь хочу поделиться впечатлениями о посвященных Ю. Тюкалову произведениях, с которыми подробно ознакомился до их выхода в свет, и начну с художественного фильма «Первый на Олимпе». Где-то за год до начала съемок состоялась первая встреча ветеранов гребного спорта, хорошо знавших Ю. Тюкалова с творческой группой фильма, возглавляемой одним из продюсеров А. Тартаковым, а еще через полгода уже с режиссером фильма А. Михалковым. Мне предварительно любезно предоставили сценарий фильма, ознакомившись с которым, я высказал ряд замечаний общего и частного характера, изложенных в письме продюсеру фильма А. Тартакову, которое приведу ниже.
Основная трудность, стоящая перед авторами фильма, была правдиво отразить период становления личности совершенно уникального человека, который достиг высочайших вершин не только в спорте, но и в художественном творчестве, а также в общественной жизни страны и города. Полагаю, что ни в дореволюционной России, ни в Советском Союзе, ни в современной России не было и нет фигуры, равной по таланту, целеустремленности, воле и способности достигать самых высоких целей в любом виде деятельности, в котором он проявил себя Мастером. А в академической гребле, победам в которой посвящен фильм, он является признанным авторитетом, одерживая в течение 15 лет блистательные победы. Все чемпионы мира и олимпийских игр признавали за ним первенство и считали его №1 в табеле о рангах. Он был фанатично предан этому виду спорта, но уникальность его состоит в том, что это был интеллектуальный фанатизм, в основе которого лежали тонкий расчет и умение сосредотачивать все силы на главных событиях.
На пути к мировому признанию он прошел жесточайшую жизненную школу в блокадном Ленинграде, работая наравне со взрослыми и выковывая железный характер. Поэтому нужно было по возможности избегать описания ситуаций, где герой сомневается, смущается, истерит, колеблется, соглашается на сомнительные предложения. В действительности он с молодых лет обладал исключительно твердым характером; знал, что делать в той или иной ситуации; всегда ставил реальные цели и шел на все, чтобы их достичь. Был хитрым, компромиссным, но не в ущерб своим принципам.
Центральная сцена фильма – гибель отца на одном из фортов Кронштадта, драматургически очень привлекательная для режиссера, действительно составляет психологический стержень фильма, хотя и противоречит биографическим данным. Конечно, гребля 12 -летнего, истощенного блокадой и голодом подростка на «ялике» ночью к форту под Ленинградом, должна впечатлить зрителя, но это расстояние по карте составляет 30 километров, так что этот эпизод, также занимающий одно из центральных сцен, представляет собой пример нереальной фантастики. Как и то, что на самом деле это чистый вымысел, т.к. в действительности отец Ю. Тюкалова не служил в артиллерии и не погиб, а скончался через 20 лет после войны. И, кстати, почему 12-летний Юра возил за 30 км. почту солдатам и, как видно из фильма, не один раз, как будто он служил почтальоном, хотя на самом деле возил в бочках на лошади воду под обстрелами.
Не хочу останавливаться на тех моментах, которые вызвали у меня как участника описанных событий чувство неловкости, отмечу лишь сцену старта финальной гонки в Хельсинки, с которой кстати начинается фильм, где герой, погруженный в воспоминания о трагедии с гибелью отца, не реагирует на команду стартера, и даже не держится за весла. В сценарии это описывается так: «Тюкалов потерял на старте уже несколько секунд, он так и сидит, закрыв глаза…. Затем стряхивает воду с волос и делает первый гребок» (с.131). Такая трактовка автором сценария самого важного, решающего момента гонки, не просто не верна в принципе, она характеризует Ю.Тюкалова просто как дилетанта. Трудно представить всю абсурдность такого описания самого ответственного момента гонки. Гребец на старте – это высочайшее напряжение, состояние колоссального сосредоточения только на одном: не пропустить сигнал стартера. И тут пожалуйста, подарок соперникам на старте в несколько секунд, который практически ставит крест на победном финише. Все же видели из документалистики, что на финише Ю. Тюкалов выиграл в финальной гонке на ОИ всего полкорпуса, а это меньше 1 сек. Никто, даже сам В. Иванов, который славился своим феноменальным финишем, не смог бы отыграть эту фору. В ответна на эти замечания мне было сказано, что это художественный, а не документальный фильм и по законам жанра допускаются творческие поиски.
После премьеры и выхода фильма на экран, я посмотрел его в кинотеатре и, оценив положительно замысел авторов воссоздать на экране жизненную историю великого человека и спортсмена, а также привлекательность одного из самых гармоничных и прекрасных видов спорта – академической гребли; прекрасную работу операторов, вынужден сделать вывод о том, что предварительное обсуждение сценария с прямыми участниками описываемых событий, о котором и говорилось на первых встречах с творческой бригадой фильма, позволило бы повысить качество в целом полезного и интересного фильма.
Теперь о книге «Время лидеров», которая вышла в издательстве под редакцией А.В. Коновалова, который после обсуждения первой редакции книги любезно предоставил мне ее электронный вариант и, поскольку просил сделать замечания, я использовал возможность подробно ознакомиться и внести необходимые, на мой взгляд, правки. Основной недостаток предварительной редакции книги, который я видел – это ее объем, который составлял около 1000 страниц. Не очень удачным выглядело название книги «Время лидеров», как бы предопределившее стремление описать всех причастных к достижению недосягаемых вершин, которые покорил Ю. Тюкалов. Поэтому основную цель я видел в сокращении объема, что и сделал, убрав 250-300 страниц. Об этом я написал в сопроводительном письме А.В. Коновалову, заметив при этом, что, возможно, понадобится еще одна итерация, в чем я готов был поучаствовать. К сожалению, мои правки не были учтены, как, думаю и все остальные, так как книга вышла без исправлений, в первоначальной редакции.
Такое решение было, на мой взгляд, ошибочным, так как приобретать, а также читать огромный по объему фолиант, перегруженный множеством не всегда актуальных деталей и событий, прямо не относящихся к герою книги, вряд ли найдется много желающих. И это удивительно, так как под редакцией А.В. Коновалова вышло несколько прекрасных книг о выдающихся спортсменах (в том числе о трехкратном олимпийском чемпионе по гребле В. Иванове, объемом 400 страниц, с фотографиями, которые получили отличные отзывы и удачно раскупались.)
Автор - В.Ф. Богачев, м.с. СССР, чемпион и двукратный
обладатель Кубка СССР, участник ОИ 1960 г в Риме
доктор экономических наук, профессор, член СПБ гребного
общества
XVII ОИ в Риме знаменательны тем, что среди 26 членов сборной страны по академической гребле 22 спортсмена представляли ленинградский гребной клуб «Знамя» и в командном зачете страна заняла первое место.
95-летний юбилей двукратного олимпийского чемпиона Ю.С. Тюкалова, ознаменовался двумя событиями, привлекшими к нему всеобщее внимание: художественным фильмом «Первый на Олимпе» и книгой «Время лидеров». По этому поводу прошло множество интервью с людьми, в той или иной степени лично знакомыми с Ю. Тюкаловым.
В этой связи интерес представляет высказанное ниже мнение об этих событиях участника римской олимпиады, близкого друга и напарника Ю. Тюкалова, В. Богачева, успешно выступавшего с Ю. Тюкаловым в двойке парной в сезоне 1964-65 г. г.
Кузьмин А.А., Президент СПбГО
Рим, август 1960 г., олимпийская деревня.
К вечеру в это время года темнеет довольно рано и многие участники соревнований, независимо от национальности и вида спорта, который они представляют, собираются в кинотеатре по открытым небом. Вначале обычно демонстрируется документальный фильм из истории спорта, но через 5-10 минут начинается скандирование зрителей: «Tom and Jerry + Mickej Mouse» и к всеобщему удовольствию в течение часа гоняют еще не дошедшие до России знаменитые диснеевские мультики.
В числе этих зрителей два представителя из сборной СССР на олимпийских играх по академической гребле – 30- летний Ю, Тюкалов, двукратный чемпион ОИ в и я, В. Богачев, 22 лет от роду, впервые участвующий в ОИ в составе восьмерки. Не помню, что свело нас в пару на этих просмотрах, но точно, что эти походы явились началом многолетней крепкой дружбы, а в дальнейшем мы стали напарниками в одной лодке.
Как участники ОИ мы имели возможность стать непосредственными свидетелями выдающихся результатов в самых популярных видах спорта. Так, пообщавшись как-то с олимпийским чемпионом предыдущей олимпиады по боксу Г. Шатковым, мы узнали, что он в первом же бою неожиданно проиграл неизвестному боксеру из США Кассиусу Клею и отправились на его финальный поединок с поляком, где были свидетелем триумфальной победы будущей мировой суперзвезды Мохамеда Али. Запомнилась нам также велогонка на 100 км. В. Капитонова, который ошибся на один круг и вынужден был отработать еще один, уже золотой. В тот же день, как обычно, Председатель Комитета Н.Н. Романов вдобавок к олимпийской медали вручил ему на собрании значок заслуженного мастера спорта.
После римской олимпиады Ю. Тюкалов продолжал выступать в двойке с А. Беркутовым, а я, уйдя из восьмерки, решил тренироваться в одиночке под руководством тренера. В. Кирсанова, давнего напарника Ю. Тюкалова в. в различных экипажах в период до 1952 года. В 1962 году мне удалось выиграть Кубок СССР в заезде одиночек в г. Пярну, где выступали все сильнейшие одиночники, кроме В. Иванова. Тогда же, думаю, я и попал в поле зрения Ю. Тюкалова, который уже заканчивал выступать с А. Беркутовым. Нужно сказать, что моя репутация специалиста в парной гребле выросла, когда на матчевой встрече Москва- Ленинград я гонялся в заезде одиночек в компании с В. Ивановым, А. Беркутовым и Тюкаловым.
В 1963 году мы впервые оказались в одной лодке с Ю. Тюкаловым в соревнованиях на Кубок СССР в составе восьмерки, где на седьмом и восьмом номерах сидели олимпийские чемпионы в Риме В. Борейко и О. Голованов; на первом номере – Ю. Тюкалов, на втором – В. Богачев; в середине – команда четверки с загребным И. Хохловым. Регламент предусматривал в первый день гонку в мелких лодках (две одиночки, двойка без рулевого и четверка), а во второй – в восьмерках. Одержав безусловную победу в первый день, мы убедительно победили в общем зачете.
Все наши дружеские и профессиональные контакты привели к тому, что осенью 1964 года Юрий предложил мне выступить в следующем сезоне с ним в двойке. Осень и зима прошли в значительной по физической нагрузке работе, включая зимние тренировки по лыжам, которые являются обязательными для гребцов, поскольку в них задействованы те же группы мышц, что и в гребле.
Помню первую весеннюю тренировку на воде, когда он объяснял мне планы на год и свое видение содержания нашей работы.
Известно, что в двойке первый номер отвечает за руление. Так вот, говорил он, забудь об этом, твоя основная задача – попадать за мной в захват. О технике Юрия Сергеевича стоит сказать особо. Не имея выдающихся физических данных, он обладал совершенно непостижимым по скорости «захватом», который считал основой поставленного гребка. К моему огорчению, будучи на восемь лет моложе напарника, я, думаю, не всегда смог качественно выполнить это его пожелание.
Мы за этот год выиграли последовательно все соревнования на пути к первенству СССР: чемпионат Ленинграда, ЦС «Труд», Первенство ВЦСПС, и только на чемпионате Союза проиграли двойке О.Тюрин - Б. Дубровский, олимпийским чемпионам 1964 года в Токио. Это стало возможным во многом потому, что гребли мы на тяжелой рижской лодке, которую нам выделили в клубе. Интересно, что непосредственно перед финальной гонкой Юра попросил у Олега Тюрина швейцарскую лодку (их у него было две), и тот обещал дать ее на финал, но после того, как в разных заездах в полуфинале мы показали время секунд на пять лучше их дуэта, Олег нашел предлог нам отказать.
Если характеризовать Ю. Тюкалова в общих чертах, то он представлял собой пример спокойного, очень деликатного и дружелюбного в общении человека. Несмотря на то, что реально я не смог сравниться с ним по технике гребли, за весь сезон я не услышал от него ни одного упрека. Я бы отметил в качестве одной из основных его черт природное чувство юмора и постоянное желание «похохмить. В 1961 перед первенством Европы на сборе в латвийском городке Елгава мы увлекались на отдыхе игрой в биллиард. И инициатор процедуры награждения, Юрий Тюкалов, победу в партии любил обставлять очень торжественно. Официант приносил ему на стол взбитые сливки и громко сообщал, что проигравший Вам такой-то имеет честь передать этот приз!
А на матчевой встрече команд двух столиц Москвы и Ленинграда, в которой приняли участие три олимпийских чемпиона Вячеслав Иванов, Александр Беркутов, Юрий Тюкалов и я в их компании, Юра сыграл со мной шутку. Матч проходил в Кавголово, я в то лето был в хорошей форме, и даже однажды выиграл в одном из предварительных заездов у Ю.Тюкалова. Видимо, решив избавиться от лишнего претендента на победу, Юра подошел ко мне перед гонкой с предложением не развивать максимальную скорость со старта, так как им А.Беркутовым нужно будет позже гоняться в двойке. Давай, сказал он, ты за Славой вторым финишируешь, а мы за вами», — сказал он. Ну как было не согласиться, ведь олимпийский чемпион просит. Короче, я «купился». Позже, после выхода книги В. Иванова, я узнал, что этот прием он применил с В.Ивановым на старте первенства СССР в 1964 г., но тогда тот успел вырвать победу т.к. на финише смог развить сумасшедшую скорость, ну а я пролетел. Со старта все так рванули, что мне пришлось всю дорогу догонять, чего, в конечном счете, не удалось сделать.
Юрий Сергеевич любил петь и обладал неплохим голосом. Как сейчас помню: Юкки, 1964 год, зимний сбор, поздний лунный вечер, и Юрий Сергеевич в полный голос на морозе, поет арию. И вполне прилично, кстати.
Он бегал на лыжах на уровне мастера спорта, прекрасно играл в футбол, теннис, баскетбол. Помню, на спор забросил мяч в баскетбольное кольцо с середины площадки. Вообще любил что- то делать на спор. Многие помнят его забег на спор на 5 или 10 километров с Игорем Ахремчиком, когда он довел соперника до изнеможения. Чего очень не любил, так это штангу, которую попросту игнорировал.
Кроме всего прочего, Юрий Сергеевич был первоклассным игроком в преферанс и любил в игре применять весь богатый арсенал традиционных карточных ритуалов и шуток. Мне пришлось быть участником многих совместных с ним игр на многочисленных спортивных сборах, и это было истинным наслаждением во всех отношениях. А если еще в компаньонах был Анатолий Федоров (тоже классный игрок), это было двойное удовольствие. Нужно еще учесть то, что мы играли в «хулиганский» преферанс, то есть с «темными» и тройными «бомбами». Специалисты знают, что при этом риск и соответственно азарт, многократно возрастают.
Сезон 1965 года был для меня, как и для Юры, завершающим. Правда, в 1967 году без подготовки мы сели с Володей Богдановым в двойку, чтобы участвовать в Спартакиаде народов СССР, и даже попали в призеры. Затем я целиком погрузился в научно-педагогическую деятельность, защитил сначала кандидатскую, затем докторскую диссертации; занимал должности декана и заведующего кафедрой в ведущих университетах города.
И все это время мы с Юрой поддерживали дружеские отношения. Я часто бывал у него в мастерской. Мы встречались на традиционных соревнованиях: осеннем марафоне, первенстве города, позже – на регате его имени. Нередко выезжали к нему в мастерскую тесной компанией, с Елизаветой Кондрашиной, Галиной Ермолаевой (его любимые воспитанницы), с Олегом и Сергеем Головановыми, Борисом Тарасовым. Пили чай, обсуждали положение в гребном клубе «Знамя», к которому у него сохранилась любовь на всю жизнь.
Столько, сколько он сделал для клуба, не сделали ни профсоюзы, ни Горкомспорт. По его инициативе и при его непосредственном участии клуб был переведен из федеральной в городскую собственность. В свое время он договаривался со спонсорами, руководителями ведущих предприятий города, о покупке современных гребных лодок; организовал посещение клуба губернатором Санкт-Петербурга, которого убеждал возродить легендарный клуб как самостоятельное юридическое лицо.
В 2014 году Юрий Тюкалов стал инициатором создания и почетным президентом РОО «Санкт-Петербургское гребное общество», зарегистрированного как правопреемник основанного в 1889 году энтузиастами гребного спорта Санкт-Петербурга общества с таким же названием. Членский билет общества за № 1 был вручен Ю.С. Тюкалову.
Трудно свыкнуться с мыслью о том, что мы больше не сможем встретиться с ним в узком кругу у него в мастерской, где в свое время сидели на его знаменитом диване выдающиеся люди нашей страны, такие, как его близкий друг актер Василий Меркурьев, режиссер Станислав Ростоцкий, художник Михаил Аникушин, губернатор Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко, биатлонист Александр Тихонов и многие другие.
Мы почти каждый день общались по телефону, причем обычно звонил он, и, если мы не созванивались несколько дней, спрашивал: «Ну как ты там жил без меня эти дни?» Я постоянно привозил ему кофе из поездок в Финляндию, и он обязательно говорил: «А я вот вспоминаю тебя каждый день, когда наливаю твой кофе из твоего кофейника».
Я рад, что в свое время постепенно приобретал работы Юрия и в результате сейчас, думаю, являюсь самым крупным обладателем его работ – их у меня около пятнадцати, включая его самую известную – бюст Петра Первого.
Кстати, такой же бюст до последнего времени стоял на саркофаге Петра в Петропавловском соборе. Его приобрели в свое время актер Арнольд Шварценеггер, биатлонист Александр Тихонов, академик Владимир Александров. Он выставлен во многих представительствах и крупных предприятиях.
Поэтому память о времени, проведенном вместе с Юрием Тюкаловым, останется со мной навсегда и его работы будут каждый день напоминать об этом великом человеке. Дружба с Юрием Сергеевичем Тюкаловым оставила самое яркое впечатление в моей жизни; я многому научился у него; он был для меня авторитетом, примером честного и фанатичного отношения к работе и к жизненным вызовам. Думаю, такие же дружественные чувства испытывал по отношению ко мне и Ю. Тюкалов, свидетельством чему была памятная надпись на одной его подаренной мне книге
Последний раз я посетил его за две недели до его ухода в клинике на Песочной, чтобы пообщаться и узнать у врача истинное положение дел. Меня удивил внешний вид друга, который совсем не походил на тяжело больного пациента, а мало отличался от его обычного вида и лишь излишне нервное состояние свидетельствовало о том, что его тяготит длительное прибывание в больнице. Он искренне полагал, что его держат здесь зря, просил любым способом посодействовать его выписке, так как он чувствует себя хорошо, устал от безделья и хочет срочно вернуться домой и в свою любимую мастерскую. Ясно, что о был не в курсе своего диагноза и, главное, не чувствовал сильных болей. Но перед посещением лечащий врач, с которым мы побеседовали, сказал, что состояние больного безнадежно и что метастазы поразили практически все органы, что делает невозможным любые оперативные вмешательства. Но в этом своем стремлении работать был весь Тюкалов, с его громадной жаждой жизни, терпением к боли и верой в счастливое будущее. Все это — результат нечеловеческих усилий, борьбы с трудностями и с самим собой; с внезапными инфарктом и инсультом, преодолением его последствий и работа, работа, работа… Его утрата невосполнима, он был безусловным лидером нашего гребного сообщества, патриотом гребного клуба «Знамя», отстаивающим его интересы на всех уровнях власти
Теперь хочу поделиться впечатлениями о посвященных Ю. Тюкалову произведениях, с которыми подробно ознакомился до их выхода в свет, и начну с художественного фильма «Первый на Олимпе». Где-то за год до начала съемок состоялась первая встреча ветеранов гребного спорта, хорошо знавших Ю. Тюкалова с творческой группой фильма, возглавляемой одним из продюсеров А. Тартаковым, а еще через полгода уже с режиссером фильма А. Михалковым. Мне предварительно любезно предоставили сценарий фильма, ознакомившись с которым, я высказал ряд замечаний общего и частного характера, изложенных в письме продюсеру фильма А. Тартакову, которое приведу ниже.
«Андрей, добрый день. Вчера мы собрались сначала на могиле Ю. Тюкалова, а затем в Английском гребном клубе, чтобы вспомнить и поговорить о нашем великом земляке. В числе других обсуждалась ситуация с будущим художественным фильмом о нем, съемки которого должны, по планам, начаться уже в марте. Между тем, ни последнего варианта сценария (Вы мне дважды обещали его прислать), никакой другой информации мы до сих пор не имеем. Две наших прошлых встречи вселили в нас уверенность, что наше мнение людей, лично хорошо знавших Ю. Тюкалова, положительно скажется на качестве фильма.
Учитывая тот факт, что вышедшие уже фильмы о спорте, не смогли избежать явных «проколов», связанных со спецификой профессионального спорта, это становится печальной традицией. Тем более, такой сложный, специфический вид спорта, как академическая гребля. Вы неоднократно заверяли, что мы будем вести совместную работу над фильмом и мы к этому готовы. Но создается впечатление, что у Вас уже нет проблем и необходимости в нашей помощи. Мы очень сожалеем.»
С уважением, В.Ф. Богачев
Учитывая тот факт, что вышедшие уже фильмы о спорте, не смогли избежать явных «проколов», связанных со спецификой профессионального спорта, это становится печальной традицией. Тем более, такой сложный, специфический вид спорта, как академическая гребля. Вы неоднократно заверяли, что мы будем вести совместную работу над фильмом и мы к этому готовы. Но создается впечатление, что у Вас уже нет проблем и необходимости в нашей помощи. Мы очень сожалеем.»
С уважением, В.Ф. Богачев
Основная трудность, стоящая перед авторами фильма, была правдиво отразить период становления личности совершенно уникального человека, который достиг высочайших вершин не только в спорте, но и в художественном творчестве, а также в общественной жизни страны и города. Полагаю, что ни в дореволюционной России, ни в Советском Союзе, ни в современной России не было и нет фигуры, равной по таланту, целеустремленности, воле и способности достигать самых высоких целей в любом виде деятельности, в котором он проявил себя Мастером. А в академической гребле, победам в которой посвящен фильм, он является признанным авторитетом, одерживая в течение 15 лет блистательные победы. Все чемпионы мира и олимпийских игр признавали за ним первенство и считали его №1 в табеле о рангах. Он был фанатично предан этому виду спорта, но уникальность его состоит в том, что это был интеллектуальный фанатизм, в основе которого лежали тонкий расчет и умение сосредотачивать все силы на главных событиях.
На пути к мировому признанию он прошел жесточайшую жизненную школу в блокадном Ленинграде, работая наравне со взрослыми и выковывая железный характер. Поэтому нужно было по возможности избегать описания ситуаций, где герой сомневается, смущается, истерит, колеблется, соглашается на сомнительные предложения. В действительности он с молодых лет обладал исключительно твердым характером; знал, что делать в той или иной ситуации; всегда ставил реальные цели и шел на все, чтобы их достичь. Был хитрым, компромиссным, но не в ущерб своим принципам.
Центральная сцена фильма – гибель отца на одном из фортов Кронштадта, драматургически очень привлекательная для режиссера, действительно составляет психологический стержень фильма, хотя и противоречит биографическим данным. Конечно, гребля 12 -летнего, истощенного блокадой и голодом подростка на «ялике» ночью к форту под Ленинградом, должна впечатлить зрителя, но это расстояние по карте составляет 30 километров, так что этот эпизод, также занимающий одно из центральных сцен, представляет собой пример нереальной фантастики. Как и то, что на самом деле это чистый вымысел, т.к. в действительности отец Ю. Тюкалова не служил в артиллерии и не погиб, а скончался через 20 лет после войны. И, кстати, почему 12-летний Юра возил за 30 км. почту солдатам и, как видно из фильма, не один раз, как будто он служил почтальоном, хотя на самом деле возил в бочках на лошади воду под обстрелами.
Не хочу останавливаться на тех моментах, которые вызвали у меня как участника описанных событий чувство неловкости, отмечу лишь сцену старта финальной гонки в Хельсинки, с которой кстати начинается фильм, где герой, погруженный в воспоминания о трагедии с гибелью отца, не реагирует на команду стартера, и даже не держится за весла. В сценарии это описывается так: «Тюкалов потерял на старте уже несколько секунд, он так и сидит, закрыв глаза…. Затем стряхивает воду с волос и делает первый гребок» (с.131). Такая трактовка автором сценария самого важного, решающего момента гонки, не просто не верна в принципе, она характеризует Ю.Тюкалова просто как дилетанта. Трудно представить всю абсурдность такого описания самого ответственного момента гонки. Гребец на старте – это высочайшее напряжение, состояние колоссального сосредоточения только на одном: не пропустить сигнал стартера. И тут пожалуйста, подарок соперникам на старте в несколько секунд, который практически ставит крест на победном финише. Все же видели из документалистики, что на финише Ю. Тюкалов выиграл в финальной гонке на ОИ всего полкорпуса, а это меньше 1 сек. Никто, даже сам В. Иванов, который славился своим феноменальным финишем, не смог бы отыграть эту фору. В ответна на эти замечания мне было сказано, что это художественный, а не документальный фильм и по законам жанра допускаются творческие поиски.
После премьеры и выхода фильма на экран, я посмотрел его в кинотеатре и, оценив положительно замысел авторов воссоздать на экране жизненную историю великого человека и спортсмена, а также привлекательность одного из самых гармоничных и прекрасных видов спорта – академической гребли; прекрасную работу операторов, вынужден сделать вывод о том, что предварительное обсуждение сценария с прямыми участниками описываемых событий, о котором и говорилось на первых встречах с творческой бригадой фильма, позволило бы повысить качество в целом полезного и интересного фильма.
Теперь о книге «Время лидеров», которая вышла в издательстве под редакцией А.В. Коновалова, который после обсуждения первой редакции книги любезно предоставил мне ее электронный вариант и, поскольку просил сделать замечания, я использовал возможность подробно ознакомиться и внести необходимые, на мой взгляд, правки. Основной недостаток предварительной редакции книги, который я видел – это ее объем, который составлял около 1000 страниц. Не очень удачным выглядело название книги «Время лидеров», как бы предопределившее стремление описать всех причастных к достижению недосягаемых вершин, которые покорил Ю. Тюкалов. Поэтому основную цель я видел в сокращении объема, что и сделал, убрав 250-300 страниц. Об этом я написал в сопроводительном письме А.В. Коновалову, заметив при этом, что, возможно, понадобится еще одна итерация, в чем я готов был поучаствовать. К сожалению, мои правки не были учтены, как, думаю и все остальные, так как книга вышла без исправлений, в первоначальной редакции.
Такое решение было, на мой взгляд, ошибочным, так как приобретать, а также читать огромный по объему фолиант, перегруженный множеством не всегда актуальных деталей и событий, прямо не относящихся к герою книги, вряд ли найдется много желающих. И это удивительно, так как под редакцией А.В. Коновалова вышло несколько прекрасных книг о выдающихся спортсменах (в том числе о трехкратном олимпийском чемпионе по гребле В. Иванове, объемом 400 страниц, с фотографиями, которые получили отличные отзывы и удачно раскупались.)
Автор - В.Ф. Богачев, м.с. СССР, чемпион и двукратный
обладатель Кубка СССР, участник ОИ 1960 г в Риме
доктор экономических наук, профессор, член СПБ гребного
общества
Комментарии